Охотколлективы. Пережиток или необходимость?

Говоря в последнее время об охоте, а тем более когда с ружьем в угодьях в непосредственной близости присутствует несколько человек, нелишне напомнить о безопасности. А при коллективных загонных охотах это неукоснительное правило и обязанность устроителей загонов или капитана команды.

Охотколлективы. Пережиток или необходимость?

Коллективные загонные охоты предъявляют к участникам достаточно жесткие требования поведения и дисциплины во время охоты. Правила облавных охот не сложные, но только их неукоснительное выполнение обеспечит не только успех в добыче трофея, но и полную безопасность как стрелков на номерах, так и загонщиков.

Будем считать, что при полной тишине расставлены номера. Охотник обозначил, помахиванием руки, свое место соседу слева и справа. Определил для себя безопасный сектор стрельбы. Без надобности не стал утаптывать снег, срезать ветки и забиваться в кусты или елки, встав к ним спиной. Не забыл, что, независимо от результата выстрела, нужно оставаться на номере до команды — «отбой!» и, конечно, сразу разрядить ружье при подходе загонщиков.

На этом позволю непосредственно о самой загонной охоте закончить, дальше поговорим о коллективе, его роли в становлении охотника, сохранения определенных традиций и понимания самой сути охоты.
Раньше в определенной мере объединяющую роль играли ООиР.

Коллективные выезды на биотехнию, различные секции: стендовая стрельба, собаководство, организация соревнований, общие охоты на копытных, охрана угодий членами общества и многое другое. В том числе подготовка молодежи — секции юных охотников, а главное, общественная работа — так называемое соцсоревнование среди первичных коллективов, составляющих основу любого ООиР.

Позволю дальнейшие рассуждения вести на примерах и некоторых исторических «отступлений», конечно, с оговоркой: «Вступать в полемику с противниками добровольных охотничьих объединений и их оппонентами, в силу отсутствия доступа к объективной и полной информации, решиться не могу. Позволю лишь высказать чисто субъективное мнение, с которым соглашаться или принять во внимание никого не призываю».

Для начала краткая историческая справка, отчасти определенный научный взгляд на формирование российского менталитета, его живучести в народе или основательно растерянного за последние десятилетия:

Одна из самых острых и спорных проблем современной жизни непосредственно связана с крестьянскими устоями. Сегодня много и уже как-то привычно говорят об общинном, коллективном или коллективистском сознании русского народа, его особой «соборности». Кто-то видит в этом главное достоинство русской жизни, залог преодоления общественных проблем.

Другие полагают, что именно это мешает развитию индивидуализма и капитализма в России, рождает ненависть к «выскочкам», т.е. к успешным деловым людям в конечном счете тормозит экономическое развитие страны. В последнее время появилось мнение, что общинность, коллективизм вообще не свойственны русскому человеку, а являются лишь домыслами сторонников особого пути развития России.

Причины сложившейся ситуации коренятся в особом укладе, которым веками жил русский крестьянин и который не мог не наложить отпечаток на его мировосприятие, а в конечном счете и на особенности русского характера. Речь идет о крестьянской общине, сами крестьяне называли ее «мир», «общество».

В охотничьем обществе, где я состоял с 16 лет, было порядка двухсот первичных коллективов. Приписные хозяйства, наверное, в десятке областей, в т.ч. на Каспийском море. В команде по стендовой стрельбе заслуженные мастера спорта П. Сеничев и О. Лосев, мастера спорта международного класса, которых «подпирала» значительная группа молодых мастеров стрельбы по тарелочкам. В спортшколе и на ежегодных стрелковых курсах шла работа с подрастающим поколением будущих стрелков и охотников. Не забывали и о ветеранах, для которых устраивались стрелковые мероприятия в «любительской лиге», где от каждого первичного коллектива могли участвовать охотники, не имеющие высоких спортивных разрядов.

В обществе шла работа по собаководству, спортивному рыболовству и, конечно, главным приоритетом была работа с коллективами охотников. Коллективами, которые не только объединяли охотников территориально или по месту работы, но были наделены определенными правами и обязанностями, из которых нужно выделить подготовку правильного охотника.

Если кто-то думает, что это было головное охотничье объединение областного или краевого масштаба, разочарую. Это был лишь один из 33 Советов Военных Охотников Всеармейского Военного Общества Охотников (СВО ВВОО), спустя десятилетия сменивший несколько названий.

Не буду ностальгировать о том, что ушло, и, похоже, безвозвратно. Пропали многие хозяйства, о стендовой стрельбе и говорить не приходится, поредели первичные коллективы, да и их количество сократилось в разы.

Одним словом, цель по разрушению общественных объединений, которая была поставлена департаменту охоты, достигнута. Ряды членов обществ охотников значительно «похудели», а толпы «диких» охотников значительно выросли, не только за счет «беглецов», но и новичков, пополнивших охотничье сообщество, не обременяя себя необходимыми навыками и знаниями премудростей добычи зверя и птицы, и, конечно, гласными и негласными правилами охоты.

Если среднему поколению охотников повезло пройти школу охотничьего коллектива, то молодым остается в лучшем случае черпать знания из сомнительной литературы: «… как кого-нибудь еще в детстве или в ранней юности взяли на охоту — отец или дядя, или деревенский старик (почему-то всех этих литературных стариков звать Флегонтычами, Ферапонтычами и тому подобными дикими кличками, и все они «лукаво» усмехаются в свои бороды и усы и говорят на нестерпимом книжно-народном наречии, которого не существует в природе), — словом, каждого будущего охотника кто-то привел в лес, и была, конечно, славная охота, и потом дома юный герой любовно глядел на картинно повешенных в сенях краснобровых косачей и на толстоусых зайцев…

Замечу, кстати, что авторы тех давних охотничьих книжек удивительно были почему-то удачливы на охоте — каждый рассказ кончался тем, что охотники что-то там заполевали и, конечно же, затрубили рога «на крови».

Теперь-то я понимаю, что описать, например, день, окончившийся совершенной неудачей, отважится только хороший писатель, потому что в рассказе ему не добыча важна, а другое — облака, люди, запах дыма, грязь, полустанки, дорожные разговоры, мало ли что… Писатель же, не слишком уверенно водящий пером, полагает, что для чего же писать, если в конце рассказа не последует великолепный выстрел и не грянется оземь русак или селезень?»

Приведенная выдержка из замечательной книги охотничьего писателя Казакова лишь подтверждает, что современная охотничья беллетристика, что заполнила СМИ, порождает поколение «охотников»-потребителей. И, наверное, это не их вина, а скорее общая беда, что образование, медицина, воспитание, спорт в т.ч. и охота преподносится сегодня властью как услуга, а не законное право каждого россиянина.

Что заставило обратиться к теме коллектива в охоте? Конечно, не публикации очередных трагических ЧП на охоте и беспредела «человека с ружьем», а звонок моего знакомого, по сегодняшним представлениям — «дельного охотника». Все при нем: собака, хорошее ружье, навык стрельбы по тарелочкам, готовность ехать за сотни километров, особенно не рассчитывая на богатые трофеи. Но его вопрос, что за номер дроби, если на пачке написано 2,0 мм, заставил не только улыбнуться, но и представить, могла ли быть такая неосведомленность среди охотников моего поколения.

Когда выпотрошенная дичь, в данном случае утка, вызывает у напарника удивление, как можно удалить внутренности через небольшой разрез, не разделив тушку птицы пополам, невольно возникает вопрос, где проходило твое охотничье обучение?

Окончательно «убило», с кем сравнивают нашего «правильного охотника», как любят называть себя состоятельные любители «честной охоты» из различных престижных клубов, нет не забугорные, а отечественные продавцы оружия. Если не «папуасами с острова тумба-юмба», то что-то близкое к «дикарям», разбогатевшим на нефти Персидского залива.

Зайдя в оружейный салон, я был удивлен: нет, не ценами и наличием престижных ружей. Даже двуствольный .375 калибра штуцер-карабин с магазином, известной фирмы, с затвором, помимо золотой гравировки коробки, украшенный самоцветами, произвел «неизгладимое» впечатление. А «простенькие» карабины, полностью золоченые, до самой мушки.

А ведь торговля прекрасно осведомлена, где и среди каких «охотников» следует искать покупателя на этот «эксклюзив». Вот интересно, в каких «коллективах» они тусуются и кто был их «учителями».

Юрий Константинов 15 февраля 2016 в 13:31


Понравилась статья? Поделиться с друзьями: